1. Способствовать развитию естественных наук вообще.
Устав Общества 1868 г. определил основные цели и задачи своей деятельности:
Первым президентом Общества стал, разумеется, К.Ф. Кесслер. Особо обратим внимание на то, что во всей дальнейшей истории Общества его возглавляли блестящие ученые и университетские педагоги, внесшие большой вклад в науку и обучение студенчества. После смерти К.Ф. Кесслера в 1881 г. президентом был избран выдающийся ботаник, профессор А.Н. Бекетов, в 1900 г. его сменил геолог, профессор А.А. Иностранцев. С 1920 по 1930 г. Общество снова возглавлял ботаник - академик И.П. Бородин, а с 1931 по 1938 г. - физиолог, академик и князь А.А. Ухтомский. В 1938 г. президентом стал гидробиолог, профессор К.М. Дерюгин, а с 1939 г. и до начала Великой Отечественной войны во главе Общества стоял зоолог Ю.И. Полянский. 14 лет - до 1955 г. - президентом был зоолог и паразитолог, чл.-корр. АН СССР В.А. Догель, с 1955 по 1957 г. - физиолог растений, чл.-корр. АН СССР С.Д. Львов. Физиолог, академик Л.А. Орбели руководил деятельностью Общества с 1957 по 1958 г. На смену ему пришел тоже физиолог, чл.-корр. АН СССР Л.Л. Васильев, бывший президентом до 1966 г. Дольше всех - 18 лет - президентом Общества был Герой социалистического труда, Заслуженный деятель науки РСФСР, дважды лауреат Государственной премии СССР, зав. каф. эмбриологии нашего университета профессор Б.П. Токин. В 1985 г. президентом во второй раз избрали Ю.И. Полянского, ставшего к этому времени членом-корреспондентом АН СССР. С 1991 г. Общество возглавляет эмбриолог, профессор СПбГУ А.К. Дондуа, хорошо известный студентам нашего факультета по замечательному двухтомному учебнику Биология развития .
Первое заседание Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей состоялось в конце 1868 г. Вплоть до наших дней Общество являлось структурным подразделением Университета, и лишь в 1992 г. приобрело самостоятельный статус как независимая региональная общественная организация, сохраняющая, темнее менее, самые тесные связи с Университетом.
28 декабря 1867 г. в Актовом зале нашего Университета под председательством К.Ф. Кесслера собрались 464 делегата Первого съезда русских естествоиспытателей, около четверти из них приехали из отдаленных мест России (заметим, что многие приезжие имели малый достаток , поэтому из средств Съезда им сняли 50 номеров гостиницы на Исаакиевской площади). Участники Съезда, отпраздновав Новый год, на следующих заседаниях - 2 и 4 января - подготовили представление министру народного просвещения с обоснованием необходимости создания обществ естествоиспытателей при российских университетах. Благодаря ходатайству министра высочайшее разрешение не заставило себя долго ждать: 22 февраля оно было дано, и в 1869 г. общества естествоиспытателей начали свою деятельность в Казанском, Киевском, Новороссийском и Харьковском университетах (Московское общество испытателей природы было создано ранее).
В конце 1866 г. новый министр народного просвещения граф Д. Толстой обращается к К.Ф. Кесслеру с запросом о пользе такого съезда. К.Ф. Кесслер, получив полную поддержку Совета университета, в январе 1867 г. передал в Министерство народного просвещения все необходимые ходатайства. Теперь обсуждение вопроса и в министерстве, и в Совете министров произошло очень быстро, и 12 мая того же года последовало высочайшее разрешение на организацию съезда.
Общая ситуация в России постепенно менялась к лучшему. Одним из подтверждений этому стало утверждение в 1863 г. нового университетского Устава. В его основу была положена идея автономии Университета как корпорации профессоров. Главным и относительно независимым органом управления Университета становился его Совет, в который входили все профессора. Свою долю автономии получили и факультетские собрания (советы): их ведению были предоставлены все научные и учебные дела в пределах своего факультета. Эти изменения привели к следующей, теперь уже удачной, попытке созыва съезда.
К.Ф. Кесслер был, судя по всему, главным инициатором неудавшегося общероссийского съезда естествоиспытателей (еще в 1856 г. он разработал проект Правил для собрания естествоиспытателей и врачей ). Польза таких собраний была ему ясна не только в связи с тем, что в 1860 г. он побывал в Кенигсберге на съезде немецких естествоиспытателей и на личном опыте убедился в необходимости личного общения ученых. К.Ф. Кесслер сумел при непосредственной поддержке Н.И. Пирогова в 1861 г. получить разрешение министра народного просвещения на съезд учителей естественных наук гимназий Киевского учебного округа. Успех этого съезда (из 44 его участников 28 представляли Киев) убедил К.Ф. Кесслера в правильности задуманного.
Александр II решение принимать не стал, но передал его на усмотрение Совета министров, который в 1863 г. благополучно отклонил ходатайство вследствие опасения, выраженного некоторыми членами Совета, что съезды могут послужить прикрытием для политических целей . Возможно, идея о регулярных всероссийских собраниях естествоиспытателей и врачей была бы похоронена на долгие годы, если бы не энергия Карла Федоровича Кесслера, профессора Киевского университета, а с 1862 г. - заведующего кафедрой зоологии физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета, позднее - декана физико-математического факультета и ректора Санкт-Петербургского университета.
В 1862 г. москвичи и киевляне, заручившись поддержкой своих генерал-губернаторов, подготовили программу организации и просьбу о разрешении съездов естествоиспытателей и врачей. Эти документы рассмотрел Медицинский совет Министерства внутренних дел и дал положительную оценку: От таких съездов можно ожидать весьма полезных результатов для успешного развития в нашем отечестве упомянутых отраслей наук как в теоретическом отношении, так и в применении их на практике к поддержанию, охранению и восстановлению здоровья . Министр внутренних дел не возражал, а министр народного просвещения А.В. Головин представил обращение на имя императора, в котором высказал положительное мнение о съездах.
В немногочисленных и фактически разрозненных обществах врачей России (они имелись в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве) стало расти понимание необходимости с разрешения правительства учредить общие периодические ежегодные съезды русских врачей . Профессор нашего Университета Ф.В. Овсянников в 1861 г. говорил, что никто не сомневается у нас в огромной пользе ученых собраний в России; я льщу себя надеждой, что Общество русских врачей в Санкт-Петербурге положит им прочное основание, испросив на то разрешение .
Во многих странах Европы тех лет уже давно существовали общества естествоиспытателей и врачей. Периодические собрания членов этих обществ позволяли ученым непосредственно обмениваться новыми идеями, из первых уст узнавать о достижениях коллег, совместно обсуждать пути дальнейших исследований. В самом начале 60-х годов стали складываться условия для организации подобных встреч и в России. В Московской медицинской газете в конце 1860 г. доктор С.А. Смирнов, рассказывая о 35-м (!) собрании немецких естествоиспытателей и врачей, прямо формулирует мысль о несомненной пользе для отечественной медицины того, чтобы русский врач с одного конца России протянул руку врачу на другом конце ее живущему, обменялся словом, высказал свои нужды, свои стремления и таким образом нашел бы себе одобрение и сочувствие, а в них и новые силы .
К счастью, этот период не оказался долгим: реформы Александра II, помимо всем известных последствий, привели к тому, что непосредственная связь русских ученых с европейской научной жизнью начала потихоньку восстанавливаться: уже в 1862-1863 г. г. "для подготовки к занятию профессорских кафедр по всевозможным специальностям" за границу на 2-3 года отправились свыше 60 человек. Регулярные отчеты молодых ученых об их пребывании в европейских университетах публиковались в Журнале министерства народного просвещения .
В университетах, основных в то время носителях научной мысли, главенствовали приехавшие из-за границы благонадежные профессора, зачастую не знавшие русского языка. Отечественные научные издания почти перестали выходить в свет, иностранные приходили редко и нерегулярно, даже элементарные учебные пособия обычно были переводными.
в развитии отечественной науки. Дело в том, что командировки русских ученых в Европу, и так-то не очень частые, были практически прекращены - мало ли каких вредных идей там можно было в то время набраться. Положение российской науки и образования в 50-х годах ХIХ в. стало весьма незавидным.
Революция 1848 г. во Франции, установившая буржуазную Вторую республику, как это ни покажется странным на первый взгляд, в какой-то степени сыграла отрицательную роль
Кафедра физиологии Медицинского факультета Санкт-Петербургского государственного университета
140 лет Санкт-Петербургскому обществу естествоиспытателей
Санкт-Перербургское Общество Естествоиспытателей
СПбОЕ | Санкт-Петербургское общество естествоиспытателей
Комментариев нет:
Отправить комментарий